leon_spb67 (leon_spb67) wrote,
leon_spb67
leon_spb67

Categories:

Кургинян - Резун с другим знаком. Продолжение

Начало тут:
http://leon-spb67.livejournal.com/265055.html

33:29 Эмбарго
Кургинян:


... У американцев в руках был рычаг, с помощью которого они могли сделать так, чтобы Япония не напала и чтобы Япония напала. Этот рычаг был экономический и дипломатический. Главный был экономический. В 41-м году министр внутренних дел США по фамилии Икес накладывает эмбарго на поставку США горючего Японии. Он ставит Японии этим мат. Рузвель немедленно отменяет решение Икеса. Икес - безумно амбициозный человек. И он говорит Рузвельту: "Раз вы отменяете это мое историческое решение, я подаю в отставку." Рузвельта никак не устраивает отставка Икеса. Тогда он встречается с Икесом и подробно объясняет Икесу, что если только наложить такое эмбарго и перекрыть японцам возможность поставки горючего из США, то Япония вынуждена будет напасть на Соединенные штаты. Что это нападение неизбежно:
- Понимаешь - говорит - Икес, ты в принципе действуешь правильно, но тогда они на нас нападут. - Говорит Рузвельт Икесу. Это всё зафиксировано. - И это неправильно, чтобы они на нас напали. По-этому, пожалуйста, не подавай в отставку, откажись от эмбарго, прими мое решение и работай.
Икес соглашается. Но в июне 1941-го года, когда японцы всего лишь начинают новую фазу продвижения в Индокитай, который под контролем не Америки, а Франции, в Южный Индокитай, в этот момент Рузвельт сам вводит эмбарго! И когда начальник штаба военно-морских сил США Старк говорит Рузвельту: "Господин президент! Вы же сами говорили нам, что японцы тогда на нас нападут!" - Рузвельт молчит и ничего не отвечает.


Смотрим, что в книге. Большая цитата, чтоб было понятно, о чем вообще речь.

В Вашингтоне были серьезно озабочены действиями японских милитаристов, которые избрали южное направление агрессии. На японское продвижение на юг Соединенные Штаты всегда реагировали крайне болезненно. За установлением в сентябре 1940 года японского контроля над северной частью Индокитая последовало введение системы лицензий на экспорт из США в Японию некоторых видов стратегических материалов и сырья. Ограничения эти остались в основном на бумаге: так, например, импорт чугуна, листовой стали и металлического лома Японии из США в 1941 году увеличился против 1940 года в среднем в четыре раза. Крутых мер в области торговли с Японией правительство США проводить не собиралось.

Эта политика неоднократно ставилась под сомнение членами американского правительства, реалистически оценивавшими опасность японской агрессии для самих Соединенных Штатов. В начале 1941 года министр внутренних дел Г. Икес был назначен еще на один пост — руководителя управления по распределению горючего для целей национальной обороны. Г. Икес очень быстро выяснил, что громадное количество бензина и нефти, необходимых американским вооруженным силам, экспортируется в Японию. В конце июня своей властью он ввел эмбарго на вывоз горючего в Японию из портов Атлантического побережья и Мексиканского залива. Министр резонно рассудил, что нельзя допустить, чтобы японские корабли и самолеты, которые завтра будут действовать против США, заправлялись американским топливом и горючим.

Президент по-иному взглянул на дело. Он немедленно отменил распоряжение Икеса, спросив его: будет ли министр выступать за эмбарго, если «введение его нарушит непрочное равновесие на чашах весов и побудит Японию выбрать между нападением на Россию и нападением на Голландскую Индию». Икес не постиг логику президента и обратился с просьбой об отставке с поста руководителя ведомства по распределению горючего в целях национальной обороны.

Рузвельт не принял отставки. Икес входил в состав кабинета, но не был в курсе святая святых политики США. Рузвельт счел необходимым объяснить министру: «Речь идет не об экономии горючего, а о внешней политике, которой занимается президент и под его руководством государственный секретарь. Соображения в этой области сейчас крайне деликатны и весьма секретны. Они не известны и не могут быть полностью известны Вам или кому-нибудь другому, за исключением двух указанных лиц. Мы оба — президент и государственный секретарь — полностью согласны в отношении экспорта нефти и других стратегических материалов, зная, что в настоящих условиях, как они им известны, данная политика наиболее выгодна для Соединенных Штатов».

И в другом письме Икесу 1 июля Рузвельт подчеркнул: «Мне кажется, Вам будет интересно знать, что на протяжении последней недели японцы дерутся между собой насмерть, пытаясь решить, на кого прыгнуть: на Россию, в сторону Южных морей (тем самым связав свою судьбу окончательно с Германией), или они будут продолжать «сидеть на заборе» и более дружественно относиться к нам. Никто не знает, какое решение будет принято в конечном счете, но, как Вы понимаете, для контроля над Атлантикой нам крайне необходимо сохранить мир на Тихом океане. У меня просто не хватает флота, и каждый небольшой инцидент на Тихом океане означает сокращение числа кораблей в Атлантике».

Занятие японскими войсками Южного Индокитая опрокинуло посылки, на которых строилась эта политика. Было необходимо предостеречь Японию, но как? Несколько дней в Вашингтоне шло тщательное обсуждение вопроса, во время которого основное внимание уделялось целесообразности наложения эмбарго на экспорт нефти в Японию. Правительство запросило наиболее компетентный в сложившихся условиях орган — командование военно-морского флота. 22 июля Г. Старк представил государственному департаменту рекомендации флота, конечный вывод которых гласил: «Введение эмбарго, вероятно, приведет к тому, что без большой задержки последует нападение Японии на Малайю и Голландскую Индию и, возможно, к раннему вовлечению Соединенных Штатов в войну на Тихом океане. Если США решили вести войну на Тихом океане, тогда действия, ведущие к ней, следует отложить, если это возможно, до тех пор, пока Япония не будет связана войной в Сибири... Сейчас несвоевременно накладывать эмбарго на торговлю с Японией».

Хотя рекомендации командования флота полностью совпадали с предшествующей позицией правительства, адмиралы, очевидно, не брали в расчет, что если США не примут никаких мер в связи с вступлением японских войск в Южный Индокитай, то это лишь укрепит Токио в убеждении, будто Япония находится на верном пути. Давление на юге увеличится, а война против Советского Союза будет отложена. В этих условиях США решили продемонстрировать силу.

25 июля американское правительство ввело эмбарго на экспорт нефти в Японию и заморозило все японские активы в США на общую сумму 130 миллионов долларов. На следующий день филиппинская армия была включена в вооруженные силы США. Военное министерство учредило новую инстанцию — командование американскими силами на Дальнем Востоке во главе с генералом Д. Макартуром. В связи с «ремонтом» закрыли для японского судоходства Панамский канал. Англия и власти Голландской Индии последовали за США, заявив о замораживании японских активов и прекращении торговли с ней. Япония ответила аналогичными действиями в отношении активов этих стран. Было произнесено немало громких слов с обеих сторон. Американская печать превозносила твердость правительства, а японские газеты с таким отчаянием убеждали своих читателей в том, что Японию «окружают», как будто петля голода уже затягивалась на шеях редакторов. Как обстояло дело в действительности?

Эмбарго не прекращало, а лишь ограничивало американо-японскую торговлю. Государственный департамент разъяснил органам, ведавшим торговлей с Японией, что они могут выдавать лицензии на экспорт в эту страну с тем, чтобы вывоз нефти (экспорт авиационного бензина воспрещался) равнялся примерно уровню 1935—1936 годов. Поскольку японские активы были заморожены, предписывалось следить за тем, чтобы стоимость экспорта примерно равнялась стоимости импорта. Ограничения должны были действовать три месяца, по истечении которых в зависимости от политической обстановки торговлю можно было вновь расширить на основе клиринга, то есть безналичного расчета.

Когда в Лондоне выяснили, что кроется за американским «эмбарго», там были вынуждены срочно пересмотреть свое решение и открыть ограниченную торговлю с Японией. Власти Голландской Индии также пошли на это. В противном случае, как понимало английское правительство, риск войны брала на себя только Англия, а США оставались в стороне.




Итак. Икес просит отставки не вообще, а с поста руководителя управления по распределению горючего для целей национальной обороны. Рузвельт ему поясняет совсем не то, что утверждает Кургинян. Ни о каком нападении на США речи не идет. Введение эмбарго заставит Японию искать нефть на юге - в Голландской Индии. А Рузвельт надеется, что Япония ударит по СССР. И эмбарго в то время - это, действительно, рычаг, который по мнению американцев может контролировать направление движения Японии - на юг или на север. Штатам нежелательно движение Японии на юг - их флот занят в Атлантике и для защиты своих интересов на Тихом океане его не хватит. И переговоры с Японией на эту тему длятся уже не один месяц! Но когда Япония все же начинает движение в Индокитай, США вынуждены ввести эмбарго - для того, чтобы наказать Японию, заставить ее остановиться. И эмбарго, как видим, не было тотальным - его вводили на три месяца и торговля во время эмбарго, всё же велась, но в ограниченных объемах. Англия и Голландская Индия, не желая, чтоб Япония ломанулась за нефтью на юг, сняли ранее наложенные ограничения на торговлю с Японией.
Кстати, Старк докладывает свои рекомендации Госдепу ДО введения эмбарго, а не после.

Кургинян принижает значение движения Японцев в Индокитай, объявляет их ничего не значащими - это прямое вранье. Кургинян лжет о том, что эмбарго означало нападение на США - никто в США в возможность такого нападения не верил.


Продолжение:
http://leon-spb67.livejournal.com/265516.html

Tags: Кургинян
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 57 comments